Утром первоклассник собирает рюкзак и медлит у двери. Ещё весной он строил замки из конструктора и часами возился с машинками. Теперь от него ждут прописей, правил и оценок, и к обеду у сына заканчиваются силы.

Когда учитель понимает, как работают внимание и память семилетнего ребёнка, он знает, как помочь ему справиться с этой усталостью. На этом знании держится «НейроШкола», частная школа в Новосибирске. В младших классах учатся дети с 1 по 4 класс, в каждом классе до шести учеников. Дети учатся в семейной форме по ФГОС, рядом с ними работают логопед, психолог и нейропсихолог.

За каждым школьным умением стоят высшие психические функции: внимание, память, мышление, речь. Когда ребёнок читает по слогам, его мозг одновременно узнаёт буквы, удерживает в памяти начало слова и следит за строчкой. Если одна из этих функций созревает медленнее, чтение даётся тяжело даже старательному ученику.

В «НейроШколе» нейропсихолог проверяет внимание, память, мышление и речь ребёнка. Так становятся понятны его сильные стороны и места, где ему нужна поддержка. С этими знаниями команда составляет индивидуальный учебный план.

Мы шьём этот план по мерке, как костюм у хорошего портного: учитываем, как ребёнок слушает, как запоминает и в какой момент начинает уставать. Дети учатся по ФГОС, и для каждого ученика педагог подбирает свой темп, объяснение и число повторений.

На уроках дети делают упражнения на внимание, память и межполушарное взаимодействие. Логопед, психолог и нейропсихолог работают в школе рядом с учениками. Когда ребёнку трудно с речью, письмом или поведением, специалисты помогают ему вместе с учителем.

Психологи давно изучают, как дети привыкают к школе. По данным И. С. Артюховой из Института стратегии развития образования РАО, от 50 до 60 процентов первоклассников осваиваются за первые два или три месяца. Примерно 14 процентов детей в каждом классе привыкают к школе с трудом.

За этими цифрами стоят три большие перемены.

Мозг решает все три задачи одновременно. Если задач больше, чем он успевает решить, ребёнок устаёт, капризничает или замыкается в себе. Учитель, знакомый с нейропсихологией, понимает, что так ребёнок сообщает о перегрузке, и помогает ему с ней справиться.

Семилетний ребёнок удерживает внимание на одном занятии недолго. Когда силы заканчиваются, он ёрзает, смотрит в окно и отвлекает соседа, и замечание учителя здесь мало помогает.

В «НейроШколе» учитель по ходу урока меняет занятия: работа за партой чередуется с активными играми, упражнениями на внимание и память и заданиями с сенсорными материалами. Новые темы дети проходят в играх, опытах и творчестве, и правило из учебника сразу пригождается в задаче, которую можно потрогать руками. Игры на командную работу учат ребят слышать друг друга и договариваться.

Пользу движения на уроке подтверждают исследования. Американский исследователь Мэттью Махар в 2006 году проверил её на 243 учениках от детского сада до 4 класса. Двенадцать недель учителя каждый день проводили в классе десятиминутную двигательную паузу. После пауз дети стали больше времени проводить за заданием:

С 1 сентября 2024 года российским школьникам нельзя пользоваться телефонами на уроках. Это правило появилось в статье 43 закона «Об образовании» после поправок 618-ФЗ. На переменах телефон по закону можно достать.

Правило «НейроШколы» строже: дети не пользуются гаджетами весь учебный день, с первого урока до конца занятий. Экран забирает внимание, которое нужно ребёнку для учёбы и общения с одноклассниками, и младшему школьнику трудно переключиться обратно на задачу.


Учёные пока спорят, как запрет телефонов влияет на успеваемость. Британские экономисты Луи-Филипп Беланд и Ричард Мерфи изучили школы четырёх английских городов. После запрета результаты экзаменов выросли, сильнее всего у слабых учеников. Шведские учёные проверили то же самое в своих школах и такого эффекта не нашли. В британском исследовании участвовали шестнадцатилетние подростки. Младшему школьнику день без экрана помогает удерживать внимание на учителе и ребятах вокруг.

Многие семьи знают вечера, когда ребёнок плачет над тетрадью, мама нервничает, и уроки растягиваются на несколько часов. Санитарные нормы ограничивают это время: по СанПиН 1.2.3685-21 первоклассник тратит на домашние задания до часа, ученики 2 и 3 классов до полутора часов, четвероклассники до двух часов. Первоклассник делает домашние задания по желанию.

Учёные тоже сомневаются, что домашние задания в начальной школе приносят пользу. Американский психолог Харрис Купер с коллегами в 2006 году проанализировал 60 исследований, которые шли с 1987 по 2003 год. У младших школьников домашние задания почти не были связаны с успехами в учёбе. С возрастом эта связь становилась заметнее.

Наши ученики делают домашние задания на уроках самоподготовки рядом с педагогом. Если ребёнок застрял на задаче, учитель помогает сразу, пока ошибка не закрепилась. Заодно дети осваивают навык, который пригодится им в средней школе:

Вечером у семьи остаётся время на прогулку, книги, игры и сон, и никто не сидит над тетрадями.

В классе «НейроШколы» до шести детей. У учителя хватает времени на каждого ребёнка, и он успевает ответить на любой вопрос.

О пользе маленьких классов говорит один из самых известных экспериментов в образовании, проект STAR. Учеников случайным образом распределили по классам разного размера и потом сравнили их успехи.

Когда вокруг пять знакомых лиц, тихий ученик решается задать вопрос. Ему не нужно перекрикивать двадцать человек, чтобы получить ответ.

Детей в «НейроШколе» не делят на «хороших» и «плохих». Ошибка у нас считается нормальной частью учёбы, и за попытку мы хвалим так же, как за правильный ответ.

Психологи Клаудия Мюллер и Кэрол Двек в 1998 году изучали, как похвала влияет на пятиклассников.

Другим учёным не всегда удавалось повторить этот результат, и споры о нём продолжаются. Вывод для учителя начальных классов понятен: ребёнку нужно слышать, что взрослые ценят его старание.

Ребёнок, который боялся ошибиться и молчал на уроке, со временем начинает задавать вопросы и пробовать новое. В маленьком классе мы учим детей понимать свои эмоции, договариваться и работать в команде.

Каждого специалиста в «НейроШколу» отбирает и обучает своей методике основатель школы, нейропсихолог Людмила Баскакова. У многих педагогов школы есть вторая специальность.

На уроке вторая профессия сразу пригождается. Ребёнок путает буквы в диктанте, и учитель русского языка разбирает ошибку как логопед и находит её причину. Когда ученик замыкается в себе, педагог с опытом психолога помогает ему раньше, чем тревога помешает учёбе. Семье не приходится возить ребёнка после уроков по разным кабинетам: логопед и психолог работают с ним прямо в школе, в учебное время.

Ученики «НейроШколы» учатся в семейной форме, её закрепляет закон «Об образовании». Родители оформляют семейное обучение, ребёнок занимается у нас по программе ФГОС и проходит аттестацию в школе с государственной аккредитацией.

Семей, которые выбирают такой путь, с каждым годом больше. По данным Минпросвещения, на начало 2025/26 учебного года в семейной форме учились 99,4 тысячи детей. Годом раньше их было на 14,3 тысячи меньше, десять лет назад около 8,5 тысячи. Реальное число выше, потому что статистика учитывает только тех, кто прикреплялся к школе для аттестации.

Слово «семейная» иногда звучит для родителей как «дома». Ученик «НейроШколы» каждый день приходит в класс, у него есть учитель, одноклассники и расписание. Уроки, самоподготовка и кружки проходят в школе.

У «НейроШколы» есть лицензия на образовательную деятельность. Во всех помещениях работают камеры, посторонние внутрь не попадают.

Школа с нейропсихологическим сопровождением поможет ребёнку, если:


«НейроШкола» подходит и детям, у которых учёба идёт легко: здесь помогают развить сильные стороны ребёнка. Стоимость обучения зависит от тарифа.